Василий Коноваленко: во власти камня

В Кремле проходит выставка, которой ждали больше 40 лет.

Василий Коноваленко родился в 1929 году на Украине. С четырнадцати лет он работал в Донецком академическом театре оперы и балета, с семнадцати руководил его бутафорским цехом, а в 22 прошел конкурс и стал художником-декоратором Ленинградского театра оперы и балета им. Кирова (сейчас – Мариинский). К 70-м годам Коноваленко получил известность как автор удивительных полихромных скульптур из камня, которые он создавал без специального оборудования и без оглядки на идеологию. Государство оценило и то и другое: сначала наградило скульптора золотой медалью ВДНХ, а после почти вынудило покинуть страну и вычеркнуло из истории отечественного камнерезного искусства.

Этим летом в столице впервые представлены работы, созданные художником в России и за рубежом. О выставке «Скульптор Василий Коноваленко: во власти камня» Russie Info рассказала ее куратор Татьяна Мунтян, ведущий научный сотрудник Оружейной палаты, хранитель коллекции Фаберже Музеев Московского Кремля.

RUSSIE INFO: Почему театральный художник занялся камнем?

Татьяна Мунтян: В 50-е годы он участвовал в оформлении балета «Каменный цветок» по уральским сказам Бажова. Ему нужно было создать костюмы камней и пещеру Хозяйки Медной горы, владелицы богатств земных недр. Коноваленко стал изучать свойства камня, познакомился с геологами – и заинтересовался камнерезным делом. Непостижимым образом он освоил то, что умели только уральские камнерезы. Его «Бегемот», например, вырезан из мрамора и покрыт пластинками малахита – так в старину работали наши мастера.

Только они больше делали столешницы, шкатулки, то есть предметы, где преобладали плоскости, а у Василия Васильевича –животное в движении, это уникальная работа. Более того, Коноваленко восстановил технику каменной мозаики. О Фаберже, который создавал в ней маленькие шедевры, в советское время не выпустили ни одной книги, и сейчас камнерезы говорят, что без Василия Коноваленко эта традиция была бы утрачена.

RUSSIE INFO : Фаберже и Коноваленко часто сравнивают. Почему?

Татьяна Мунтян: Оба делали блокированные скульптуры из камня, но для Фаберже работала целая когорта камнерезов и ювелиров из разных мастерских. Художники рисовали эскиз; скульпторы делали модель из гипса; камнерезы, в основном выходцы с Урала, размечали камень и резали фигурку, ювелиры делали для нее детали из драгоценных металлов. Коноваленко все делал сам, от наброска до отделки готовой формы. Причем не в мастерской, а дома, и сам придумывал инструменты. Потом его шурин, инженер, сделал ему приспособления для отвода вибрации и стеклянные боксы для защиты от пыли.

Ювелир Фаберже привнес в камнерезное дело изящество. Коноваленко, театральный художник, создавал пространственные мизансцены. У Фаберже драгоценные, но одиночные статуэтки. Коноваленко предпочитал изображать группу из двух, трех персонажей. В одной композиции их даже четверо – это работа «Ликбез», кстати, единственная, чья тема не противоречила магистральной линии советского искусства.

RUSSIE INFO : Других «идеологических» произведений у Коноваленко нет?

Татьяна Мунтян: Нет. Однажды ему сказали сделать Ленина на субботнике. Он вырезал бревно, стоптанные сапоги, кепку – и остановился: не мог делать то, чего не хотел. Он был человек удивительной внутренней свободы. Даже в работе «Ликбез» нет идеологии – там романтика раннего советского периода. Скульптор сам осваивал грамоту в селе и знал, как искренне народ верил, что его поведут к лучшей жизни, где, конечно, должны жить лучшие люди – грамотные. Смотрите, какая живая сцена: баба высунула язык от старания, парень пришел босой, руки красные, натруженные, крестьянские...

И потрясающий образ учителя: это красноармеец, раненный, с потухшим взглядом – у него нет блестящих камней-зрачков, как у других фигур. Он пришел с одного фронта и сражается на другом – воюет с безграмотностью.

RUSSIE INFO : Где он брал материалы?

Татьяна Мунтян: Он очень дружил с геологами, ездил с ними на Урал, на Алтай, привозил камни, и ему привозили отовсюду. Золото, вероятно, покупал у стоматологов, что, правда, было незаконно. Серебряные бармицы и шали – это детали антикварных сумочек XIX века. В советское время они стоили копейки. Он покупал, разрезал и работал с ними. Как театральный декоратор он умел из всего делать все.

RUSSIE INFO : Создавая скульптуры, он продолжал работать для театра?

Татьяна Мунтян: Да, в основном в Донецке, причем не только для театра, но и для Ансамбля песни и пляски. На выставке представлены его эскизы костюмов к сюите «Дружба шахтеров». Там, кстати, есть французский шахтер – в костюме, в шелковом шейном платочке, с щегольскими усиками. С таким юмором и восхищением знаменитой французской элегантностью скульптор изобразил его!

RUSSIE INFO : Расскажите, пожалуйста, о выставке Коноваленко в Русском музее.

Татьяна Мунтян: Ее провели в 1973 году, представили 10 работ – все, что он сделал за 20 лет. Представляете, какой тяжелый труд? Каталог выставки составил лично директор музея, а Сергей Михалков написал предисловие. Кстати, это он назвал Коноваленко вторым Фаберже и потом много помогал ему.

В Русском музее был полный триумф, Гохран приобрел две работы – «Бражников» и «Ликбез», планировалась выставка в Кремле. Коноваленко даже сделал к ней еще три скульптуры. Но в Минкульте СССР сказали, что его образы не отражают идейный облик советского человека – и все отменили. Более того, завистниками был написан донос о том, что скульптор использует драгоценные камни и металлы. В СССР это разрешалось только художникам национальных автономий – в Дагестане, в Якутии. Считалось, что это традиционно для их народных промыслов. Русским кустарям такого не позволялось, и на Коноваленко завели уголовное дело: он же сделал своим фигурам золотые бечевки в волосах и завязки на лаптях...

Правда, дело быстро закрыли. Наверное, поняли, что странно сажать человека за сотую долю карата. Решили, что найдут ему лучшее применение, и назначили главным художником Министерства геологии. Он переехал в Москву, получил мастерскую, но сделал здесь только одну фигуру – «Запорожца». Остальное – бабочки, геммы с портретом Брежнева для официальных подарков... Леонида Ильича он, кстати, тоже изобразил нетипично. Может быть, ему нравился этот человек: главный денди Союза, как о нем говорили, полный чувств, с грубоватым юмором... Скульптор так его и представил: не функционером в орденах, а живым человеком.

Геммы и бабочки увозились за границу как подарки или выставлялись в Салоне «Цветные камни» при Внешторге как образцы того, что можно делать из советского поделочного камня. Кстати, эта выставка существует до сих пор, но уже как Московский музей «Самоцветы». Сейчас именно там хранятся 13 работ Коноваленко, сделанных в России. В перестройку Арман Хаммер хотел их купить, но, к счастью, ему отказали.

RUSSIE INFO : Почему Коноваленко не взял свои скульптуры в эмиграцию?

Татьяна Мунтян: Ему не разрешили их вывезти. Тогда он подарил их государству, а в США приехал с женой и удочкой. Однако после выставки в Ленинграде о нем знали даже за границей, и американские арт-дилеры быстро с ним связались. Коноваленко уехал в 81-м, а в 84-м ему уже организовали персональную выставку. Его работы попали к чете Коэн, они стали его заказчиками и собрали коллекцию из 20 фигур, которую отдали в Музей природы и науки в Денвере. Там целый зал посвящен творчеству Коноваленко, в Денвере он – знаменитость.

RUSSIE INFO : На выставке в Кремле есть что-то из этих работ?

Татьяна Мунтян: Да, из частных коллекций и 3 из музея в Денвере. Это наша большая гордость, потому что, как вы знаете, культурные отношения между странами прекращены, американским музеям запрещено привозить сюда экспонаты. К счастью, музей в Денвере не является государственным. Его попечительский совет и руководство решили предоставить нам работы Коноваленко.

RUSSIE INFO : В Денвере сюжеты его работ изменились?

Татьяна Мунтян: За 9 лет эмиграции он создал 40 композиций, и только одна посвящена Америке – «Золотоискатели». Денвер же находится в Колорадо, а это штат золотодобытчиков.

Остальные работы оставались в той же русской образной системе... Кроме того, в США Коноваленко больше работал с серебром. На нашей выставке представлены братины, сделанные на заказ, это серебро и прекрасная традиционная русская эмаль по скани. Обратите внимание: в большом наборе на каждом из 12 ковшей и на братине он запечатлел свои работы, оставшиеся в России. Наверное, он не думал, что когда-нибудь сможет их снова увидеть. Хотя в перестройку к нему приезжали чиновники из России, приглашали вернуться и возглавить здесь камнерезную академию. Он собирался, но не успел...

Мы очень благодарны коллекционерам и попечителям музея в Денвере, которые позволили нам показать эти работы здесь, ведь это первая ретроспективная выставка Коноваленко.

RUSSIE INFO : Она будет показана где-то, кроме Кремля?

Татьяна Мунтян: Это зависит от политической и культурной ситуации. Мне кажется, Василий Коноваленко заслужил международную славу: его работы так нравятся людям. Таких светлых, добрых образов очень не хватает.

Выставка работает в Одностолпной палате Кремля до 31 августа 2016 г.
Сайт выставки: http://konovalenko.kreml.ru/

0


0
Login or register to post comments